воскресенье, 8 февраля 2015 г.

-- Ведь есть же какие-то пределы?
-- Вот тут вы не правы... Пределов нет. Каждый способен на что угодно, буквально на что угодно.
                           Олдос Хаксли. Обезьяна и сущность






О прерафаэлитах было сказано много, но до сих пор их картины возбуждают любопытство и провоцируют вопросы. Что в них есть такого, что оказывает на зрителя столь завораживающее и, одновременно, раздражающее действие. Почему так таинственны эти картины и в чем заключается их тайна?

Если детально рассматривать жизнь художников и их моделей, то ситуация нисколько не прояснится. Ну, жили, встречались, любили, передвигались по миру, бедствовали, участвовали в выставках. Всё это – внешняя жизнь, точно такая же, как и у всех других людей. Ею обычно интересуются  профаны, да бездарные музейные экскурсоводы, любящие сообщать никому не нужные подробности о составе красок, композиции картин и технике рисунка. В действительности, всё это неважно. Вся физическая сторона неважна. Важно другое – внутренний мир художников, мало соотнесённый с жизнью своего века.

Внутренний мир, по сравнению с внешним, - огромен, а подчас и необъятен. Художник, заворожённый внутренними перспективами, благоговейно созерцает их, теряя интерес к обыденной жизни. Такова обычная жизнь гения, кем бы он ни был: музыкантом, ученым, поэтом, мистиком или скульптором. Все гении носят внутри себя сокровище, которым непременно хотят поделиться с другими. Художник, созерцая мир как чудо, всегда хочет, чтобы это чудо видели все. И прерафаэлиты хотели того же.

Эти молодые художники, одержимые красотой полотен Ренессанса, решили продолжить классические традиции. Они назвались «прерафаэлитами» только потому, что решили развивать технику и духовное видение, присущее художникам Возрождения. Однако многочисленные мадонны средневековья – разные, но неизменно прекрасные в своих материнских чувствах, отражали  только одну сторону жизни – светлую.  Но кроме нее, существовала и другая сторона, которой художники Ренессанса касались с большой осторожностью.

Прерафаэлиты жили на исходе викторианской эпохи. Чувствуя ее недолговечность, они выразили свою тревогу в картинах. Если живописцы Возрождения изображали светлых и цветущих женщин в их лучшую пору, то прерафаэлиты показали другую женщину – трагическую. Эта женщина и стала их богиней. В  ее образе соединились черты, присущие радостному и одержимому силой Ренессансу, но скованные  тяжелыми предчувствиями Судьбы, как это происходило в греческих трагедиях.

ВАТЕРХЬЮЗ. МИРАНДА

 Женщины прерафаэлитов – суровые, молчаливые, то властные, то смиренные, - поражают силой, для которой нет выхода.  Их застывшие массивные фигуры, запутавшиеся в тяжелых складках платьев, словно прижимают их к земле.

ДАНТЕ ГАБРИЭЛЬ РОСЕТТИ. МАРИАНА

Мистические учения говорят, что у женщины два лица. Первое – лицо Матери, дающей жизнь. Второе – мрачное и безумное лицо той, что эту жизнь забирает. В соборе Парижской Богоматери во Франции есть две скульптуры Богоматери. Одна сидит на троне на видном месте, держа в руках младенца Христа. Люди, приходящие в собор, всегда поклонялись ей.


Вторая - Богоматерь, с черным ликом, - находится в подземном зале. Ее никто не видит. В прежние времена монахи и сюда несли подношения, поклоняясь черноликой мадонне. Если соотнести эти две фигуры с пантеоном греческих богов, то светлоликую мадонну можно было бы назвать Афродитой, а черноликую – Персефоной (Прозерпиной).


 На исходе 19 века, когда в души людей вкрадывалась усталость, прерафаэлиты начали писать мрачных богинь, вечно тоскующих, удрученных, отяжеленных густой земной энергией. Образы Прозерпины, мрачных жриц лунных религий вдохновляли их. Но, несмотря на красоту картин, они производят тяжелое впечатление. Темнота пространства, в которой стынут несчастные, опечаленные женщины прерафаэлитов, ветер, вода – всё это говорит о скором конце. На этих полотнах – усталый мир, измученные чем-то люди, находящиеся на грани срыва – то ли в депрессии, то ли в ступоре, а часто – просто мёртвые.

ДЖОН ЭВЕРЕТТ МИЛЛЕ. ОФЕЛИЯ

Женщина, стоящая на границе между миром живых и мёртвых, вечно совершающая переход туда и обратно – вот главный мотив творчества этих «тяжелых» романтиков.

ДЖОН УИЛЬЯМС УОТЕРХАУЗ. ОФЕЛИЯ
Это были люди, жаждавшие боли и страдания. Из этих чувств черпали они вдохновение для своего творчества. Они создали мир женщины, находящейся в пограничном состоянии. На всех полотнах обязательно присутствует какая-то трагедия. Мужчина в этом мире – явление случайное и мимолетное. Здесь царит только страдающая женщина.

ДЖОН КОЛЬЕР. ЛЕДИ ГОДИВА

 Именно мучение хотели изобразить прерафаэлиты и воплотить его так ярко, полно и абсолютно, чтобы вызвать у всех, кто будут видеть эти картины, что-то вроде катарсиса. Поэтому они с необыкновенной точностью, объемностью и зримостью выписывали каждую деталь.

ДЖОН УИЛЬЯМ УОТЕРХАУС. ГИЛАС И НИМФЫ

Обычно художники, за исключением фламандцев, не придавали большого значения второстепенным деталям, оставляя многое недописанным и туманным. Не таковы были прерафаэлиты.  В их картинах каждая деталь кричит, заявляя о себе. Всё в их картинах имеет равное значение. Именно у них начала проступать фрактальность мира.1

ДАНТЕ ГАБРИЭЛЬ РОСЕТТИ. ДЕНЬ


Несмотря на идеальную и продуманную композицию в полотнах прерафаэлитов, кажется, что этот сказочный мир ненадежен и готов развалиться на множество самостоятельных деталей. Приверженность к чрезмерной детализации делает эти картины несколько вульгарными. Здесь символ налезает на символ и всё настолько определенно и лишено загадки, что напоминает лубок.

ДЖОН ЭВЕРЕТТ МИЛЛЕ. ОФЕЛИЯ

Чрезмерная детализация обычно свойственна порнографии и рекламе и потому в картинах прерафаэлитов, несмотря на их сдержанность, чувствуется аморальность. А мрак и постоянно присутствие смерти делает их не только тяжелыми, но и смердящими.

УОЛТЕР КРЕЙН

 Картины прерафаэлитов, по сути, были последними потугами музы, разродившейся мертворожденным дитём. Несмотря на мастерство художников и их талант, они не смогли создать ничего выдающегося. И дурной вкус – этот злой гений всех последователей и апологетов, сыграл с ними злую шутку.

ФРЕНК БЕРНАРД ДИКСИ

 Если же судить с энергетической точки зрения, то эти полотна не приносят ни силы, ни радости, ни желания жить.  Напротив, они опустошают. Это значит, что, созданные образы, забирают энергию и являются вампирами.

ЭДВАРД БЁРД-ДЖОНС. ЗАЧАРОВАННЫЙ МЕРЛИН


Сегодня прерафаэлиты очень популярны, так как тема темной стороны многих волнует. Это говорит только о том, что жизнь сегодня имеет низкую ценность. Это происходит, частью, из-за безысходности, частью, из-за усталости. Женщина – мать природа, отвернула свой светлый лик и взглянула на мир своим темным и страшным ликом. И этот лик – лик неумолимой Судьбы, лик Рока стал главным знаком нашего времени.



___________________________________________________________
1 – Эта тенденцию, соотнесенную с социальным миром, позднее стали называть «плюрализмом»

Комментариев нет:

Отправить комментарий