воскресенье, 19 апреля 2015 г.

"ФЕНОМЕН ЛАРРЫ" ИЛИ КОНЕЦ ЦИВИЛИЗАЦИИ

-- Ведь есть же какие-то пределы?
-- Вот тут вы не правы... Пределов нет. Каждый способен на что угодно, буквально на что угодно.
                                        Олдос Хаксли. Обезьяна и сущность


Елена Де-Бовэ

"ФЕНОМЕН ЛАРРЫ" ИЛИ КОНЕЦ ЦИВИЛИЗАЦИИ

«По степи, влево от нас, поплыли тени облаков, пропитанные голубым светом луны, они стали прозрачней и светлей.
- Смотри, вон идет Ларра!
Я смотрел, куда старуха указывала своей дрожащей рукой с кривыми пальцами, и видел: там плыли тени, их было много, и одна из них, темней и гуще, чем другие, плыла быстрей и ниже сестер, - она падала от клочка облака, которое плыло ближе к земле, чем другие, и скорее, чем они.
- Никого нет там! – сказал я.
- Ты слеп больше меня, старухи. Смотри – вон, темный, бежит степью.
Я посмотрел еще и снова не видел ничего, кроме тени.
- Это тень! Почему ты зовешь ее Ларрой?
- Потому что это – он. Он уже стал теперь, как тень, - пора! Он живет тысячи лет, солнце высушило его тело, кровь и кости, и ветер распылил их. Вот что может сделать бог с человеком за его гордость!...»
                                          М.Горький. Старуха Изергиль 

Мы живем в эпоху распада человеческого общества, которое до сих пор называлось  «человеческим» только потому, что в его основе лежали общечеловеческие ценности. Как только эта основа будет уничтожена – человека не станет.

Никогда еще ничего подобного не переживал мир. Бывали войны и чума опустошала землю, но человечество не переводилось. Почему? Да потому, что люди оставались людьми. А людьми они оставались только потому, что в каждом государстве и в каждом самом отсталом племени основами служили общечеловеческие ценности, которые, как говорили древние, были заповеданы  богами. Если бы их не было, человек так и остался бы на уровне животного, озабоченного только своей добычей.

Сегодня общечеловеческие ценности планомерно уничтожаются. Глобализм – это ни что иное, как общий распад, который начинается с государственных социальных институтов и заканчивается человеческой личностью. Единственное, что сегодня объединяет людей – это «идея» разрушения и общая устремленность к гибели.

Мне могут возразить: «Да что вы! Ничего подобного не происходит! Всё нормально! Я вот сижу у телевизора и дожёвываю свои пельмени!» На это можно возразить только одно: каждый видит  то, что может видеть. Кто-то смотрит далеко, а иные не видят дальше собственного носа. Но это вовсе не значит, что ничего нет.

 Я считаю, что начавшийся процесс распада приобрёл качество цепной реакции. Но кто-то полагает, что это «новое», больше похожее на разгул смерти, чем на какую-либо организацию, и есть начало зарождения «супериндустриального»  общества. Во всяком случае, известный американский социолог  Э.Тоффлер  говорит об этом  весьма неуверенно:

«В нашей среде, - утверждает он, -  явно пробивается новое, незнакомое общество. Сможем ли мы понять его и придать его развитию какую-либо форму? Придем ли мы к соглашению с ним?»1

Мне хотелось бы спросить у этих футурологов: «А существуют ли на сегодняшний день хоть какие-то ростки  организации, что-то похожее на порядок? Нет. Тот же Э.Тоффлер постоянно подчеркивает патологичность «неконтролируемой…  природы… бега в будущее» и «провал… попыток сознательно направить стремление к супериндустриализму».2

Нет, похоже, пока это общество не сгинет в пропасти, как стадо взбесившихся библейских свиней, ничего нового построено не будет. 

Джордж Томсон, английский физик, лауреат нобелевской премии в книге «Предвидение будущего» предполагает, что человечество движется не к индустриальной революции, а к «возникновению сельского хозяйства в неолите».3

Герберт Рид, философ в области искусства, говорит о том, что человечество переживает «настолько основательную революцию, что… необходимо исследовать многие прошедшие века, чтобы найти параллели. Возможно, такого сравнения заслуживает только переход от раннего каменного века к позднему…»4

 Современные ученые проявляют беспокойство по-поводу будущего жизнеустройсва, заявляя, что распад общества чреват распадом личности. На это Э.Тоффлер  осторожно замечает, что распад общества – это не совсем уж окончательный распад, а всего лишь индивидуализация общества, но тут же добавляет, что «для индивидуума это ведет к новому уровню дифференциации, имеющему устрашающий смысл».

И снова проскальзывает неуверенность ученого за судьбу человечества. «Мы, - говорит он, - еще не научились связывать эти компоненты вместе и управлять целым».5 Что же тут можно еще сказать? Все прекрасно знают, что чрезмерная индивидуализация ведет к изоляции и аутизму. Вопрос в том, кто определит точку возврата, за которую нельзя заходить в чрезмерном стремлении к индивидуализации.

Э.Тоффлер уверен, что новое общество будет обществом «супервыбора»,  «супервозможностей» и поливариантности, но тут же оговаривается, что «поливариантность» приводит к параличу способности принятия решений. «У человека, - говорит исследователь, - появляется сбивающая с толку возможность обширного социального выбора… На каком-то этапе процесс покупки требует принятия большего числа решений, чем эта покупка заслуживает».6

Но при этом он забывает, что общества, как такового, не будет вообще. И малые субкультурные группы, на которое распадется общество, также развалятся в своё время, потому что разрушительный процесс, ставший тенденцией, остановить волевым решением невозможно.

Разнообразие прокарион
(микроорганизмы)
Общество, разлетевшееся на атомы-личности – вот что ожидает человечество. Но это при том, что развитой личностью обладает далеко не каждый.  Сильная личность, особенно, если она принадлежит интраверту (который более независим в своих оценках, так как опирается на внутреннее), пожалуй, что и выживет. Экстравертов новое жизнеустройство слепит в один бесформенный комок, который будет напоминать живую «нефтяную линзу» в Мексиканском заливе.

Нефтяные линзы в Мексиканском заливе,
созданные живыми бактериями с искусственным организмом
Сейчас – время экстравертов и прагматиков. Они царствуют во всех областях. Они «рулят» и весьма неуспешно. Это, собственно, они и запустили процесс разрушения. Люди, ориентированные на внешнее, бездумные карьеристы, спортсмены, озабоченные физическим движениеим, военные ястребы всех родов – все они пренебрегают общечеловеческими ценностями и законами, которые не соответствуют их структуре. Те новые законы, которые сегодня внедрены в общество – это законы экстравертов. Это им нравится бесконечное движение без всякой фиксации и раздумий. Это они постоянно «крутятся», как волчки и желают, чтобы вокруг них всё беспрестанно двигалось. Ну, вот и добились. Не только лодку раскачали – океан заходил ходуном, раздраженный дерзкими «мореплавателями».

Вода в Мексиканском заливе
Что произошло? Просто нео-либералы убрали моральный ограничитель и тем самым отключили общечеловеческую «систему безопасности» (как на Чернобыльской АЭС). А это привело к неконтролируемо быстрому распаду общества. Сделать с этим они ничего не могут, потому что, чтобы исправить ситуацию, надо снова включить моральный закон, а, вместе с ним и ответственность за совершенные преступления против человечества. Поскольку это невозможно сделать – пусть всё катится к чертям собачьим!

Сами эти люди, надо сказать, вне общества жить не могут. Общество определяет их «форму» и является для них зеркалом. Экстраверт мало что может сказать о себе. Чаще всего он руководствуется оценками общества. С гибелью последнего дельцы-экстраверты, построившие экстравертированный мир, утратят и «зеркало», а, стало быть, и собственную форму.

Распад не обойдет  их. Распад, как чума, распространяется по воздуху со скоростью, большей, чем скорость света, ибо это – скорость информации. Вирусы распада, подобные вирусам заразной болезни, разрушат и их психику. В этой связи можно привести высказывание В.В.Жириновского, который горько посетовал на «маргинальную» действительность: «Сегодня  он украл, - сказал главный либерал-демократ России, - а завтра у него украли. Разве так можно жить?»

Общество распадается сегодня не только на молекулы – на атомы. И те, кто не видит в этом ничего страшного – слепы. А.Фурсов называет такой мир «точечным», «партикуляристским»  или «пуантилистским». Умберто-Эко – «крапчатым». Э.Тоффлер говорит о будущем мире, как о мире «анклавов».

Прокариоты. Царство археи
(простейшие микроорганизмы)
Анклавы будут, возможно, этническими или племенными – так считает А.Фурсов. «Главным же, - говорит он, - будет сохранение, самовоспроизводство  Организации в региональных рамках. Организация-регион. На этнокультурной, цивилизационной основе.  Цель… самовоспроизводство в региональных рамках. Средство… капитал. Внешне – докапиталистический динозавр. По сути – неодинозавр».7

И.Босх

Причем, под этим «миром» будет пролегать еще один мир – «мир тощих», «туннель» - мир боли и ярости, мир полуарабских гетто, трущоб и плантаций - наиболее отсталых и архаичных «капиталистических» зон.

И.Босх
У Э.Тоффлера  будущее выглядит куда более устрашающим. «Там, где когда-то находилось несколько относительно постоянных субкультур, которые можно было четко определить, - отмечает  исследователь, - сейчас находятся тысячи временных объединений, сталкивающихся друг с другом, кружащихся одно подле другого и непрестанно размножающихся.

 Могущественные узы закона, общих ценностей, централизованного и стандартизированного образования и культуры – распадаются… Более неэффективны старые способы развития общества, методы, основанные на единообразии, простоте и постоянстве. Возникает тщательно фрагментированный социальный (?) порядок – супериндустриальный порядок.

Он основан на большем количестве разнообразных компонентов… и мы еще не научились связывать эти компоненты вместе и управлять целым».8

Э.Тоффлер полагает, что «анклавы» и «группы субкультур» будут не только этническими, но и «по интересам» (то есть, - микроскопические объединения). Этому положению дел способствуют законы «о меньшинствах», создающие благоприятную среду для размножения подобных групп.  В свете этого закона, сегодня весьма выгодно быть «меньшинством», а потому в недалеком будущем появятся  анклавы «гомосексуалистов», «пенсионеров-физкультурников», «детей-игнорирующих-взрослых», «толстых девочек» и «рассерженных мальчиков». Они, в свою очередь также будут бесконечно делиться, пока все общество не превратится в гомогенизированную флуктуирующую массу. http://vse-uchebniki.com/sotsiologiya-prava-uchebnik/pravovyie-sistemyi-obschestv-34796.html

И.Босх. 
Люди будут перебегать из одной группы в другую, нигде не находя подходящего для себя места.  Если кому-то не понравятся «законы группы» или «анклава», он может просто перейти в другую группу. Пожалуй, это даже хуже, чем было в древнем родо-племенном обществе, где законы общества и поклонение племенным богам почиталось обязательным. Уйти можно было только на сторону врага, то есть, совершив предательство. Предавший почитался в своем племени мёртвым и обратная дорога предателю была закрыта. «Ну что, сынку, - спросил Тарас Бульба своего сына перед его казнью, - помогли тебе твои ляхи?»

В будущем понятия предательства не будет потому же, почему не будет понятий «преданности», «служения» и  «ответственности» за свои поступки.  «Законченные индивидуалы» - тупые, ни с кем и ни с чем не связанные, обречены будут сновать из группы в группу, словно «вечные жиды», проклятые Богом.

Они будут бродить по сумеречному миру одинокие и никому не интересные.  Даже самим себе. Они ни на кого не смогут опереться и  никто не сможет опереться  на них.  Мир накроет Великая Толерантность – то ли чудовищное равнодушие, то ли тупость, то ли сумасшествие.

Одиночество
Что ж, сумасшествие -  тоже выход. Во всяком случае, известный французский психолог и философ Мишель Фуко  утверждал, что сумасшествие –  есть абсолютная Свобода человека и его «последняя истина», которую он, однако, постичь уже не может. В свете сказанного, мир будущего  предстаёт как пространство плавающих болотных кочек, освещаемое мутными болотными огнями угасающего сознания.

Э.Тоффлер  заявляет, что уже сейчас общество стремительно дифференцируется и от него отваливаются огромные  институционные «куски».

«Супериндустриальная революция, - пишет он, - …является стремлением человеческого общества… к… более высокой стадии дифференциации. Поэтому нам… кажется, что наши общества разваливаются во всех направлениях… На том месте, где когда-то находилась тысяча предприятий, теперь находятся 10 тысяч, связанных временными отношениями».9



Ученые утверждают, что будущее общество будет гомогенизировано – но на какой основе? На основе всеобщей тупости, беспринципности, и неверности? Да ведь всё это является орудиями для разрушения, а не для созидания. Когда от дерева отваливаются ветви, то это означает одно – дерево сгнило. А сгнило оно потому, что в нем развелось слишком много самостоятельных микроорганизмов, которым нет никакого дела до дерева, в котором они живут.  В конце концов, дерево рухнет и ствол его будет кишеть индивидуализированными существами. Именно такую картину напоминает общество, нарисованное Э.Тоффлером и А.Фурсовым.

Тоффлер, в общем, не против такого будущего с его гнилым сверхвыбором. В отличие от него, А.Фурсов  понимает, что распад – это только распад и искать в нем  чего-то нового просто глупо. Он понимает, что с распадом общества распадутся и все общечеловеческие ценности – в том числе и христианство. Потом распадется и сам человек, ибо человека человеком делает именно общество. Придет время, когда человек снова начнет превращаться либо в обезьяну, либо (что еще хуже) – в злую бактерию. 

Вот почему  А.Фурсов  говорит (и я с ним в этом пункте абсолютно согласна), что у человека от старого мира останется только одна личность.  И это при условии, что он сможет сформировать ее самостоятельно и сохранить, живя рядом с шевелящейся полусознательной биомассой, кишащей вокруг него, подобно червям. Христианства не будет, но человек, если он захочет выжить в адских условиях будущего, должен будет остаться (или стать) христианином без Бога. То есть, с Христом в сердце.

И.Босх

«У вступающей в такой мир личности христианского типа.., - пишет А.Фурсов, - нет ничего, кроме нее самой, кроме мыслящей точки. Нет надежд ни на социальные, ни на экономические, ни на политические проекты. Все они пошли прахом. Думаю, этот личностный пуантилизм соответствует грядущему пуантилистскому миру.

Единственная незыбкая субстанция, которой обладает человек – это личность, универсальная социальность, как таковая. Это единственный материал, из которого можно строить новую структуру… Европейской цивилизации. Или, точнее, начинать строительство Евразийской цивилизации как локальной после двухтысячелетнего блестящего универсалистского периода».10

У  К.Кастанеды  мексиканский индеец  Дон Хуан рассказывал, как в течение веков из индейцев делали рабов, уничтожая в них личностное начало.  Их не просто подавляли и оглупляли - завоеватели уничтожали «тональ» индейцев, то есть, их картину мира.

Картина мира – великая вещь. Если ее нет, то человек не знает, в чём он живет.  Пока мне не объяснили, что я живу в асоциальном мире маргиналов, не способных соблюсти собственный Закон, я, действительно, не знала, в какой среде я живу.  Теперь я знаю точно, что живу в распадающемся мире, где у людей сознательно уничтожают тональ. А, если тональ умирает, то умирает и весь человек.  Поэтому тот, кто силен духом, пока не поздно,  должен сам создать для себя собственную картину мира и в нее поверить.

Человек обязательно должен во что-то верить. Когда всё вокруг рушится – только одна инстанция остается незыблемой – Бог, который в сердце. У человека обязательно должен быть Бог, потому что это - перспектива, тот коридор, по которому сможет пойти человек.  Это высокая планка, солнце, к которому он, словно растение, сможет тянуться и, таким образом, расти.  Если не будет Бога – не будет солнца, не будет роста.  Будет лишь бессмысленное прозябание.

Если Бог умирает, то умирает и человек. Умирает даже государство, лишенное Бога. А. де Сент-Экзюпери называет Бога – «божественным узлом», который связывает в человеке все нити и дает ему понятие центра.  Поэтому, если у человека нет Бога – он должен его обязательно найти или создать. Чем приобщаться к банде с ее «авторитетами» – лучше приобщиться к Богу.  Впрочем, дело «супервыбора».

 Каждый выбирает ту ношу, которую сможет поднять. Кому-то на роду написано быть личностью с Богом в сердце, а кому-то – элементарной «бактерией» в «дифференцированной» среде и приобщаться не к богу, а к колонии других бактерий, настроенных на уничтожение жизни. Судьба последних – биться в частных войнах с  «бактериями» другого клана и пожирать друг друга. Эти существа никогда не поймут, что битва битве рознь.  Что есть битвы осмысленные, а есть – глупые. Только бактерии могут бессмысленно поедать друг друга. На это даже животные не способны.

И.Босх
Превратить общество в колонии «бактерий» - «задача» завтрашнего дня. Что же такое частные агентства по найму армий, как не «нефтяные линзы» Мексиканского залива? Это армии безмозглых, беспринципных, роботизированных существ,  - разрушителей, воюющих против жизни. Распад уже набрал силу. Уже народились поколения, которые не знают, что такое «думать». Их судьба – быть «вирусами» в будущем обществе. Их миссия – продолжать уничтожение общества. Направляемые злой волей, они пожрут мир, а потом и сами сгинут, превратившись в тень, подобно Ларре, достигшем крайней степени индивидуализма и самоизоляции.
____________________________________
1 – Э.Тоффлер. Футурошок. Гл.1
2 – Там же
3 – Там же
4 – Там же
5 – Там же
6 – Там же. Гл.13. Родовой оборот
7 – А.Фурсов. Колокола истории. Интернет-издание: Политическая наука, ИНИОН РАН, 1997,№2
8 – Э.Тоффлер. Футурошок. Гл.13. Низкий дикарь
9 – Там же. Гл.13. Низкий дикарь
10 – А.Фурсов. Колокола истории


Комментариев нет:

Отправить комментарий