понедельник, 16 марта 2015 г.

БЕССИЛИЕ или закат цивилизации

-- Ведь есть же какие-то пределы?
-- Вот тут вы не правы... Пределов нет. Каждый способен на что угодно, буквально на что угодно.
                          Олдос Хаксли. Обезьяна и сущность


ЕЛЕНА ДЕ-БОВЭ.                     


Гибнущая цивилизация становится подобной больному человеку, которого покидают даже черви, когда чувствуют, что организм гибнет. 


Но цивилизация гибнет не от того, что в ней завелось слишком много червей, высасывающих из нее жизнь, а ровно наоборот: сосущие черви появляются в организме, который ослаблен и не может сопротивляться.


Когда я пишу об ужасах современной жизни, я совсем не имею в виду, что эти ужасы творятся намеренно какими-то людьми, погрязшими во грехах и задумавшими извести мир. Сколько было цивилизаций, которые погибли неизвестно почему и никто не мог предотвратить их гибели, даже гениальные правители, которые понимали всё, что происходит.  Но и они были бессильны что-либо изменить.

Два гениальных древнеримских императора времен заката  империи пытались остановить процесс разложения, но все было тщетно.  Звероподобие росло, сознание варваризировалось, цивилизация все больше приходила в упадок. Люди ненавидели друг друга, боль и ярость разрастались. На смену всесторонне образованным правителям стали приходить полуобразованные военные, не способные строить и, умеющие столько биться. С приходом на римский трон Траяна, обозначился уклон, который уже не смогли исправить ни мудрый Адриан, ни его преемник Марк Аврелий, удалившийся от власти в частную жизнь.

То же самое происходило с мощным Ассирийским государством, с Вавилонской империей, с древней империей Египетской, Эллинской и Византийской.

Гибель цивилизации  проявляется в ослаблении сознания людей, в нарушении равновесия в обществе, в деградации, в утрате самоконтроля над инстинктами, в аморализме. Все умирающие цивилизации агонизировали одинаково.

Все они были отмечены стремлением к неимоверной роскоши, упадком законодательства и чрезмерной сексуальной разнузданностью. Эти порядки не утверждаются намеренно. Подобное жизнеустройство является проявлением общей умственной слабости, которую не могут исправить даже гениальные правители. 

Антуан де Сент-Экзюпери в «Цитадели» говорит о том, что в умирающих цивилизациях народ перестает петь, смеяться и строить. «Стоит закончить строительство, - говорит он, - и город умрёт. Люди живут, отдавая, а не получая. Деля накопленное, люди превращаются в волков. Усмирив их жестокостью – ты получишь скотину в хлеве. НО РАЗВЕ ВОЗМОЖНО ЗАКОНЧИТЬ СТРОИТЕЛЬСТВО? УТВЕРЖДАЯ, ЧТО ЗАВЕРШИЛ СВОЁ ТВОРЕНИЕ, Я СООБЩАЮ ТОЛЬКО ОДНО: ВО МНЕ ИССЯКЛО УСЕРДИЕ. СМЕРТЬ ПРИХОДИТ ЗА ТЕМИ, КТО УСПЕЛ УМЕРЕТЬ».

Именно это является симптомом умирания. Гибнущая цивилизация становится подобной больному человеку, которого покидают даже черви, когда чувствуют, что организм гибнет.

Но цивилизация гибнет не от того, что в ней завелось слишком много червей, высасывающих из нее жизнь, а ровно наоборот: сосущие черви появляются в организме, который ослаблен и не может сопротивляться.

Вот тогда начинается аморализм, прославление смерти и болезни, гниения и деградации.  Вот тогда появляется душная атмосфера в которой искажается даже голос Христа. Когда людям не хватает не только ума, но даже и простого здравого смысла для того, чтобы выжить. Когда зловонная цивилизация, не способная к обновлению, производит только сероводород, убивающий всё живое, и, растлевающий душу.

Только умирающее общество может произвести и терпеть заведомо мёртвую культуру, которая способна уничтожить в человеке все здоровые и жизнеспособные ростки.

Либералы не изобрели ничего нового. Они просто, по сути своей, являются предтечами и певцами Смерти общества. Когда  государственный организм был здоров – либерализма не возникало как массового явления. Здоровые силы общества держали его в узде. Он начал расползаться лишь тогда, когда цивилизации ослабела и у нее не нашлось жизненных сил для того, чтобы справиться со злокачественной болезнью.

Когда цивилизация ослабевает, она, мало-помалу, погружается в сумеречное состояние. Начало этого процесса зафиксировали Ф.Ницше в своей работе «Сумерки богов» и Льюис в философском эссе «Человек отменяется». Это род маразма, когда цивилизация, как и старый человек, делается глупой, перестает контролировать свои инстинкты, следить за собой, становится неряшливой и, наконец, гадит в собственную постель.



Зигмунд Бауман,1 ссылаясь в своей работе на Корнелиуса Касториуса, отмечает, что проблема современного общества состоит в том, что оно прекратило подвергать себя сомнению. Это общество не видит себе альтернативы и не чувствует себя обязанным оправдываться. Так же и древние старики, глядя на падающий забор и скособочившийся дом пустыми глазами, машут рукой и говорят: «На наш век хватит!»

В этом обществе нет живых сил, поэтому не возникает и новых идей. Мир по-прежнему являет собой таинственный лабиринт, полный загадок и открытий, гениальные идеи по-прежнему носятся в воздухе, но у человечества нет ни сил, ни специальных «органов» для того, чтобы их воспринять и потому они только и могут, что  утешать себя иллюзиями, будто всё открыто до них.

Трагедия состоит в том, что вместе с погибающей и маразматирующей цивилизацией в прошлое уходят и более молодые государства, которые могли бы существовать, будь они самостоятельными, и, не вовлеченными в бешено вращающийся адский лимб, раскрученный угасающим западным миром. К несчастью, они оказались в тени «умирающего солнца» и им повезет, если они удержатся на периферии черной дыры, которая не успеет  втянуть их в свое чрево.

«Беспрецедентная свобода, которую общество сейчас предлагает, - говорит Леви-Стросс, - пришла вместе с беспрецедентным бессилием».2 Власть, бессильная создать что-либо жизнеспособное,  провозгласила своим врагом номер один – порядок, который она назвала «тоталитаризмом».  Это спекулятивное рассуждение противопоставляет две чрезмерных крайности – «растекание» общества и его «замораживание». Порядок же является золотой серединой между этими крайностями. Суть порядка или меры (уравновешенности) заключается как раз в сохранении жизнеспособного общества, в котором присутствуют и движение и фиксация. А это и есть НОРМА ЖИЗНИ.

Человек, двигаясь вперед,  фиксирует сделанное. Он претворяет свои мечты в жизнь. Это и есть подлинная ЖИЗНЬ. «Мы рождены, чтоб сказку сделать былью» - так пели 30 лет назад в живой стране, способной к развитию. Сейчас таких песен нет, потому что страна стоит на месте. Не просто стоит – торчит, как мертвое дерево.

Никто не хочет ничего строить. Гении низведены до полного ничтожества. Нет ни настоящей музыки, ни литературы – нет ничего, чем можно было бы гордиться. Жива только физкультура, которая является символом бессмысленного движения в пустоте. И это не только у нас.

Недавно один молодой человек написал мне в письме заумную чушь о вреде «порядка ради порядка». Такое письмо мог написать только человек, который не понимает основ жизни. Порядок не может быть ради порядка, потому что, если бы это было так, то он бы назывался «тоталитаризмом». Тоталитаризм – это уже не порядок. Это замораживание «порядка». Точно так же, как и массовые нарушения порядка, называемые «анархией» или «демократической свободой», также порядком не являются.

Порядок, как говорили древнегреческие философы – это очень хрупкая вещь, содержащая в себе выверенную гармонию, которая всегда сополагается с «благом», «справедливостью» и «мерой». Когда гармония, хотя бы в одной своей части нарушается, тогда возникают «несправедливость», «чрезмерность», «тоталитаризм» и «анархия».

Сейчас  понимание «меры» в обществе утрачено. Да и о какой мере можно говорить, если процветает чрезмерность во всем? В проявлениях чувств, в агрессии, в сексуальности, в отсутствии культуры… Леви-Стросс как раз и говорит о подобном проявлении непонимания в гибнущем обществе, в котором утрачено ощущение необходимости МЕРЫ.3

Враг нового общества, - говорит он это «твёрдая система», которая сводит случайность и непредсказуемость к нулю. Сегодня ей противостоит «жидкая система», которую даже системой-то назвать сложно, поскольку слово «система» было выработано в «твердом» обществе.
Да и вообще все «инструменты» и «категории», на которые сегодня опирается наш ум, были выработаны именно тогда – в «живом обществе», когда существовали какие-то точки отсчета. Сегодня все точки отсчета сбиты, старые системы не действуют, а новые не изобретены – в «жидком» обществе всё не просто течёт, а плавится.

Эту ситуацию, когда всё катится под уклон, пытается понять  известный английский философ и социолог Г.Маркузе. «Мы, - констатирует он растерянно, - столкнулись с новыми историческими условиями, потому что сегодня мы должны освободиться от… хорошо функционирующего, богатого, мощного общества… Назрела потребность в освобождении от общества, которое… развивает материальные и даже культурные потребности человека.., которое… поставляет товары всё большей части населения…».4

Маргарет Тэтчер, - гордость англо-саксонской нации, -  подтверждая его слова, еще 20 лет назад, заявила: «Нет такой вещи, как общество».5

Цивилизация перестала нуждаться в обществе. Разве это не нонсенс? Не за горами то время, когда производство товаров вообще больше не будет нуждаться в людях, когда вся промышленность будет настроена только на выпуск небольших партий эксклюзивных вещей для супербогатых заказчиков.

Новая элита не ставит перед собой целей развития общества – того, что прежде достигалось коллективными усилиями, считалось общим делом и объединяло людей. И, если прежде на модернизацию затрачивались большие государственные средства, то ныне «надежды на усовершенствование… сосредоточены [только] на мелочи в карманах налогоплательщиков».6

Эта оскопленная цивилизация, сознательно или бессознательно обрубившая все ветви у Древа Мира, открыто объявила о том, что ей больше не нужно общество. Это равносильно отрицанию живым  существом своего собственного тела и жизни. Умирающая цивилизация больше не создает ни гениев, ни лидеров, которые могли бы взять на себя ответственность за содеянное.  Сегодня «в мире людей есть только другие люди», - сказал З.Бауман.7


Первая здравая мысль, которая может возникнуть в этой абсурдной ситуации – это мысль о необходимости экстренного торможения. Но именно это и невозможно сделать, потому что в кабине поезда, несущегося к разрушенному мосту, нет машиниста. ТАМ ВООБЩЕ НИКОГО НЕТ!

«Быть современным, - пишет З.Бауман, - стало означать… неспособность останавливаться и, тем более, стоять на месте. Мы двигаемся… из-за невозможности когда-либо быть удовлетворенными: горизонт удовлетворения… отодвигается от нас быстрее самого быстрого из бегунов. Исполнение всегда в будущем, и успехи теряют свою привлекательность… в момент достижения, если не ранее. Быть современным, значит, опережать самого себя, находиться в состоянии постоянного неповиновения… Это также означает иметь индивидуальность, которая может существовать лишь как нереализованный проект».8

Вся беда современной цивилизации заключается именно в этой погоне за мифическим удовлетворением, которое никогда не будет достигнуто, потому что человек бежит в ложном направлении. Это равносильно погоне за собственной тенью, которая бежит впереди человека. Подобное происходит, когда солнце находится сзади. Если бы человек повернулся лицом к солнцу – он бы понял, что его сумасшедшая гонка – это бег за фантомом, фикция. Ему все стало бы ясно. Все вещи установились бы на свои места. Но как трудно сделать такой «поворот». Как сложно преодолеть инерцию движения.

 СЕГОДНЯ СПАСЕНИЕ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА ЗАКЛЮЧАЕТСЯ В ПОНИМАНИИ НЕОБХОДИМОСТИ ПОСТЕПЕННОГО ТОРМОЖЕНИЯ. ЧТОБЫ ЭТО СДЕЛАТЬ – НАДО ЗАДЕЙСТВОВАТЬ ВОЛЮ. ЧТОБЫ ВОЛЯ ПОЯВИЛАСЬ – НЕОБХОДИМО НЕСГИБАЕМОЕ НАМЕРЕНИЕ. ЧТОБЫ ПОЯВИЛОСЬ НАМЕРЕНИЕ – ВАЖНО ПОНИМАНИЕ СМЫСЛА ЭТОЙ НЕОБХОДИМОСТИ.

«Всё это правильно, - вздохнет кто-то, - но, наверное, уже поздно. Да и как  это  сделать? Подставить несущемуся поезду подножку?» Вот это рассуждение и есть признак бессилия.

 Когда возникают растерянные вопросы - «как?», «кто?», «зачем?» - это означает, что нет ни понимания, ни осмысленности, ни намерения, ни воли.  Знающие люди так не рассуждают. Они говорят: «Теперь или никогда», «Если не я, то кто!» и лезут в пустую кабину машиниста, беря на себя полную ответственность за человеческие жизни.



___________________________________________
1 – З.Бауман. Текучая современность», СПб., 2008. С.29-30
2 – Цит. Там же.
3 – Там же.
4 – Там же. С.23.
5 – Там же.
6 – там же. С.37
7 – Там же. С.37
8 – Там же, 37

Комментариев нет:

Отправить комментарий