пятница, 20 марта 2015 г.

БИТВА ЛЕВИАФАНОВ

-- Ведь есть же какие-то пределы?
-- Вот тут вы не правы... Пределов нет. Каждый способен на что угодно, буквально на что угодно.
                            Олдос Хаксли. Обезьяна и сущность


ЕЛЕНА ДЕ-БОВЭ
БИТВА ЛЕВИАФАНОВ

Битва левиафанов за власть

Наш мир, родившийся в чьей-то мрачной голове,- это мир, который пытается приспособиться к быстро меняющимся обстоятельствам.  Этот мир, который называют «неопределенностью» или «управляемым хаосом», таковым является не сам по себе.  Таким он сделан.


 Капитализм в своем привычном виде был обречен на гибель, что блестяще предвидел К.Маркс. Для того, чтобы выжить, капитализм должен был измениться и он…  изменился. На смену «твердому» капитализму пришел капитализм «жидкий». На смену форме пришла бесформенность, на смену оседлости (территориальности) и определенности пришли неуловимость (экстерриториальность) и неопределенность.  На смену ответственности пришла безответственность.1

Роберт Грин в своих «48 законах власти» говорит: «Власть процветает до тех пор, пока может гибко менять формы. Быть лишенным определенной формы не означает быть аморфным, бесформенным – формой обладает всё, этого невозможно избежать. Отсутствие у власти определенной формы означает, что она, подобно воде или ртути, может принимать очертания всего, что ее окружает. Постоянно изменяясь, постоянно изменяясь, она постоянно остается непредсказуемой».2

Речь здесь идет о приспособлении к быстро меняющемся обстоятельствам, но современная власть не только научилась владеть ситуациями – она стала их создавать намеренно. Сегодня мы живем в полностью смоделированном мире, где учтены все возможные ситуационные варианты. Мы живем в рамках программы, разработанной и сформированной  по типу компьютерных программ.

Обычные люди, находясь в этой искусственной реальности,  ничего не могут предугадать заранее, потому что вся двигательная сила сегодняшней социальной жизни зашифрована в коде, который  доступен только программисту.  Сегодня правит не тот, кто владеет информацией – это уже вчерашний день. Сегодня правит тот, кто владеет кодом.
  
Этот «кто-то» бесформен и неуловим. Это некая анонимная сила, которая присутствует везде, но определить ее невозможно. Её можно только чувствовать. Она проявляется ощущениями придушенности, безысходности, скуки, страха и агрессии. Она делает мир маленьким, однообразным и утомительным. Эта сила – недреманное око, зорко следящее за происходящим, и, осуществляющее тотальный надзор. Её незримые предписания заставляют мировую душу тосковать и метаться. С этой силой невозможно сразиться так, как сражался Беллерофонт с Драконом. Хотя это, безусловно, Дракон, но невидимый и не обладающий формой, а в «того, у кого нет формы, невозможно попасть» - так говорят гуайские мастера.

Для того, чтобы «неопределённость» восторжествовала окончательно, новая власть постепенно начала упразднять законы, подменяя их «правилами игры», в которые посвящены немногие. Вот почему «молчаливое большинство»3, всё еще существующее в рамках закона, не может понять, что же творится «наверху», в «большой политике» и почему влиятельные политические фигуры называют себя «игроками».

А элита сегодня живет в особых условиях -  над законом, над добром и злом и позиционирует себя как божественную власть, помыслы которой простым смертным недоступны. Многие сегодня не понимают, насколько далека от них власть. Она отделена от масс не только положением и деньгами, но и «правилом».

Чтобы было понятней, скажу так: сильные мира сего живут по отношению к массам, в иной реальности.  Они руководствуются советами Роберта Грина, который утверждает, что «нет ничего определенного и не существует установленных навсегда законов»4  и потому не рекомендуется делать ставку на  стабильность или длительный порядок.

Законы сегодня с легкостью нарушаются и счастлив тот, кто окажется на «игровой площадке» рядом с «большими мальчиками»5. Отныне эта «площадка» - его «дом», а весь остальной мир – «сфера охоты». Правила, по которым он отныне будет жить «не действуют вне игрового пространства, но внутри него они всесильны. Поле игры – это поле сингулярности, которое не знает никаких других правил, кроме тех, что являются её собственными. Она не знает законов» (Ж.Бодрийяр)6.

Двухголовый левиафан

Ж.Бодрийяр называет современную форму власти «олигополией» или «дуополией». Это значит, что современный «левиафан» - о двух головах. Объективные законы дуальности отменить невозможно и власть решила ассимилировать дуальность – она сама стала дуальностью.7

 В США символом дуополии стали, подвергшиеся террористической атаке, «башни-близнецы». В принципе, мировая власть сегодня приобрела двоящуюся суть. На Западе за власть обычно бьются две партии. Другие – немые статисты. Стало нормой создавать «ручную оппозицию», в которую набираются люди,  руководствующиеся теми же убеждениями, что и члены правящей партии, и, подчиняющиеся «правилу», принятому на «игровой площадке».

Астральный знак близнецов

Так плодятся «близнецы» и множатся зеркальные отражения власти – пустые образы, за которыми нет ничего, кроме самой власти. Эти люди могут кричать друг на друга, наносить друг другу публичные оскорбления в ток-шоу, а потом пожимают  друг другу руки и «игра» идет своим чередом. Пристойность не нарушается, видимость соблюдена.

Олигополия представляет собой вид сообщающихся сосудов, в которых происходит «политический процесс». Вернее, его… видимость. «Игроки» лениво перебрасываются мячиком, все «любят» друг друга, все довольны. Но это при условии, что «игроки» находятся в рамках «правила одного уровня».



В рамках этого «правила» можно нарушать любые законы: можно обрушать экономики государств, можно обворовывать  свое собственное государство, можно убивать и развязывать войны (кого это сейчас удивит?). Всё это возможно для субъекта до тех пор, пока он находится под санкцией «правила». Санкция «правила» делает человека  неприкосновенным.  Вот почему В.Путин как-то сказал: «Мафия может быть хорошей только тогда, когда она своя».

Это значит, что существуют два рода мафии: «региональная игровая площадка» и «глобальная игровая площадка», за которую мы так отчаянно цепляемся. Но, если мы  попадем под санкцию «глобального правила» – мы обязаны будем подчиниться «правилу», которое противостоит «правилу самосохранения» российской «игровой площадки». Это означает, что интересы народов, населяющих «региональные державы», будут поставлены под удар.

Правило «глобальной игровой площадки» гласит: «Есть Бог и у Бога есть слово. И слово это – США». Если только мы станем членами этого «игрового клуба», мы будем вынуждены подписать третий закон о капитуляции8. А, если мы его подпишем, «мировое сообщество» тут же предложит России самоликвидироваться и российские «играющие мальчики» вынуждены будут подчиниться «правилу», иначе их выкинут из «игры».


США сегодня исполняют роль Вия из страшной сказки. Любое государство может жить относительно спокойно лишь до тех пор, пока на нем не остановится тяжелый пристальный  взгляд великого «мирового зла». Приговор США не обсуждается. Если Вий опускает палец вниз – судьба  государства или бунтующего правителя предрешена.

Сегодня «мировое сообщество» находится в тяжелых, неестественных условиях, когда всё, что ни скажут и ни сделают США  становится истиной в последней инстанции - божественным произволением. Обсуждать приказы США считается дурным тоном. Исходя из «правила», только США являются «мировым разумом» - все остальные государства должны превратиться в механических «големов»9, управляемых на основе «кода», выбитого у них на лбу. И это не фантастика.

Россия, заявляющая о себе как о «мировой державе», совершает (по мнению США) вопиющее преступление, которое идет вразрез с «правилом» и ставит ее в положение аутсайдера. У России сегодня два выхода: либо гордо покинуть мировое сообщество, в которое она не может «вмонтироваться» и заняться собственным развитием, либо смириться, встать на колени и в очередной раз предать собственную страну. Оба варианта развития событий несут с собой опасность. В первом случае, это опасность войны; во втором, опасность «чаши с ядом», которую нам обязательно предложат выпить.

 Америка не собирается мириться со своими врагами.  «Хороший враг – мёртвый враг!» - так рассуждают американские «ястребы», в планы которых входит превращение России в «черную дыру», располагающуюся где-то в северных льдах.11

Что делать? Гуайские мастера предлагают три способа ответа на «вызов». Первый – игнорирование. Но это действие нам недоступно, ибо мы уже слишком втянуты в ситуацию. Второй – неадекватная реакция. Но этот способ реагирования может лишь на время ошеломить врага. Третий способ блестяще продемонстрировал Тесей, сумевший заворожить быка красным полотнищем, направить его в сторону стены и позволить чудовищу врезаться в нее со всей силой его звериной ярости. Вместо стены может быть и пропасть. Это даже лучше. Главное, ласково подвести.

В свое время эту стратегию блестяще продемонстрировал М.И.Кутузов, сумевший сокрушить Наполеона. Пустота, в которую «провалилась» французская армия, оказалась хуже всякой смерти. Об этом же пишет Ж.Бодрийяр в работе «Обмен и смерть»: «Коль скоро господство возникает оттого, что система обладает исключительным правом на дарение без отдаривания…  единственным выходом оказывается обратить против системы сам… принцип ее власти: невозможность ответа и возражения. Бросить системе такой вызов, на который она не сможет ответить ничем, кроме своей гибели и крушения».12

Значит, выход у нас один: либо добровольно подписать себе смертный приговор, либо «Бросить системе такой вызов, на который она не сможет ответить ничем, кроме своей гибели и крушения»… В любом случае, необходимо покинуть территорию, на которой действует «глобальное правило» и завлечь врага на свою территорию. Заставить его играть по нашим «региональным» правилам. Это будет настоящая битва.  Но это будет «не сражение с осязаемым противником, а «битва с глиняным болваном – тоже игра».13  Главное в этой «игре» - не подчиняться правилам «болвана» и реагировать неадекватно на все его «вызовы». Но, самое важное, - не принимать участия в навязанной битве.

Однако боюсь, что наша система, основанная на общеевропейском «коде», и, подчиняющаяся «глобальному правилу», которое проникло в Россию вместе с долларом и договорами о капитуляции, не сможет справиться с мировым «Драконом», ибо его яд уже стал нашей кровью. На «правиле» держится вся наша властная структура и, по-видимому, никто не собирается ее перестраивать. Все это делает нас заложником «мирового сообщества», а заложник, - как говорит Ж.Бодрийяр, - это «заместитель террориста».



 Убив заложника (то есть, изменив систему власти), можно нейтрализовать и террориста.  Но «заложников» у нас до чрезвычайности много и в этом заключается трагедия сегодняшнего противостояния. Мы не можем позволить себе закрыть «железный занавес». Мы медлим. Мы говорим: «А вдруг…» Это и есть наша ахиллесова пята, за которую нас будет держать Америка, то привязывая нас к себе пряниками, то наказывая бичом.

Кого-то устраивает такое существование и он готов стать рабом, но… кто ему это позволит? Америка любит только мертвых врагов, а рабы у нее уже есть и поэтому ее устроит только публичное жертвоприношение. Битва в рамках одной системы ничего, кроме горя России не принесет. А другого пути у нас, по-видимому, нет. Не надо быть пророком, чтобы понять, что наше глобальное поражение – дело времени…
__________________________________________________
1  - Впрочем, как говорит Ж.Бодрийяр, капитализм никаких общественных договоров не подписывал и никогда не обещал заботиться о мире, а потому – все вполне нормально. Что же касается «слуг народа», то всем уже давно известно, что служат они давно уже никакому не народу, а другим господам и потому народ может «отдыхать»,  считая себя абсолютно свободным «сиротой», ничем не обязанным власти. И ведь как хорошо получается – никто никому ничего не должен, а живут все почему-то кучками, трутся друг о друга, парятся в душных и грязных городах и тяготятся кучей всяких негативных обязательств… Загадка.
2 – Роберт Грин. 48 законов власти. С.291-292
3 – выражение, употребленное Ж.Бодрийяром в работе «В тени молчаливого большинства», посвященной анализу жизни масс.
4 – Роберт Грин. 48 законов власти. С.290
5 – Именно «большие мальчики», собираясь вместе, мгновенно принимают нужные решения, не принимая во внимание существующие законы. Спустя некоторое время иные из них «продавливаются» через парламенты, а большинство нигде не фигурируют, но остаются действующим «правилом», обязательным к исполнению.
6 – Ж.Бодрийяр. Пароли. Фрагменты и фракталы. С.66-67.
7 – Известный антрополог Леви-Стросс в работе «Печальные джунгли» говорит о том, что первобытные племена решали любые, возникающие у них проблемы двумя способами. Первый способ заключался в том, чтобы «изрыгнуть» то, что невозможно «переварить». Это род остракизма, изгнания и изоляции. Так обычно поступали с противниками и обстоятельствами, которые невозможно изменить или исправить. Второй способ – ассимиляция, когда враждебное явление обволакивается собственной субстанцией, то есть, «заглатывается» и «переваривается». Современный капитализм сегодня поступает именно так. Наше существование – полностью утробное. Наша реальность – это реальность капиталистических «кишок».
8 – Первые два закона о капитуляции СССР подписали М.Горбачев и Б.Ельцин.
9 – Древняя легенда о големе уходит корнями в глубокое прошлое человечества. Голем – человек, созданный искусственно, возможно, помесь животного и человека – существо, обладающее страшной силой и, управляемое с помощью «программы» или «кода», который пишется у голема на лбу (по другой версии код вкладывается в рот).
11 – Где конкретно? Об этом надо спрашивать у З.Бжезинского. В книге «Великая шахматная доска» он довольно подробно рассказывает об американских планах относительно России и указывает, где конкретно должна располагаться «Московия».
12 – Ж.Бодрийяр. Обмен и смерть. С.98-99
13 – Терминология В.Зеланда. Использована в его работе «Вперед в прошлое».



Комментариев нет:

Отправить комментарий